Рассказ ученицы 11 класса “Доброй школы на Сольбе” Дарьи Белокриницкой (16 лет) занял 1 место в конкурсе детского творчества “Красота Божьего мира”
Неугасима память поколений.
Ей жечь сердца на много лет вперёд,
Той памяти российских поселений,
Той памяти, что наш хранит народ.
Неугасима память поколений…
И подвиги семьи и всей страны –
В копилке памяти великой той войны,
В тех старых письмах на полях сражений,
В тех старых фото, в редких орденах,
В живой истории, неброской и нетленной…
Героям жить и славиться в веках!
Неугасима память поколений…
(Екатерина Абрамычева)
Предисловие
Великая Отечественная война – это страшное время для нашей страны. Страшное и великое одновременно. Наши воины не склонили голову перед смертью, они смотрели ей в глаза, поэтому она отступила тогда в мае 1945 года. Отцы и сыновья уходили из родного дома, оставляли матерей, жен, сестер и детей для того, чтобы Россия смогла жить, для того, чтобы мы, потомки, помнили их великий подвиг и чтили память погибших.
Война не щадила никого. Она испепеляющим огнем прошлась по просторам страны, она заглянула в каждый дом, в каждое убежище, в каждую землянку. Кому-то удалось вернуться с фронта, а кто-то нашел там свое последнее пристанище. Годы войны сплотили русский народ. Люди делили вместе последний кусок хлеба, закрывали от зажигательных бомб и своих, и чужих детей, ведь всех объединял он – общий враг. Наши деды и прадеды хотели сделать так, чтобы войны больше не было никогда. Помните об этом, ныне живущие!
НЕ ЗАБЫВАЙ
Прошла война, прошла страда,
Но боль взывает к людям:
Давайте, люди, никогда
Об этом не забудем!
(А.Твардовский)
Ночь. Бомбят. В небе Петряевки опять не видно звёзд. Лишь бабушка Степановна стоит на коленях и молится о русской земле, о том, чтобы Пресвятая Богородица не оставила нас, о том, чтобы фашисты отступили…
«Царю небесный, Утешителю, Душе истины, иже везде сый и вся исполняяй, сокровище благих и жизни подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша», – монотонно повторяла бабушка. Оранжевый свет лампады был похож на огонь, в котором сгорали деревни, но это было не так. Этот огонь не убивал, он успокаивал, давал Веру. Бабушкино сухое лицо было испещрено морщинами, и вся она, казалось бы, олицетворяла собой войну. Рядом на коленях стоял семилетний мальчик. Сашка усердно молился, повторяя за Степановной: «Царю небесный, Утешителю, Душе истины, иже везде сый и вся исполняяй, сокровище благих и жизни подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша». Он не понимал значения всех этих слов. Он просто знал, что так надо.
В свете церковных свеч их силуэты были еще тоньше и прозрачнее, взгляд печальнее, черты лица острее. Война сделала их такими. Война отобрала родителей у Сашки в далеком 1941 году. Отец ушел на фронт, с тех пор о нем ничего не слышно. Мать изредка присылает письма из далекого прифронтового госпиталя. Одни они остались. Бабушка и внук.
– Слава Богу! Вымолили ещё один день,– говорит бабушка.
– Баба, я хочу помогать нашим солдатам! Немцы придут в нашу деревню, а я как пальну по ним из винтовки! И люди в нашей деревне умирать больше не будут, и война закончится, и командир батальона даст мне медаль!- говорит Сашка.
– Да кто же тебя возьмёт, милок, маленький ещё!
– Нет! Я уже большой, мне целых семь лет, – никак не успокаивается внучок.
Людмила Степановна переживает за Сашку, один он у неё остался. Любила она его сильно, души в нём не чаяла. Денно и нощно молилась о его здоровье Всевышнему, себе лишний день вымаливала, не хотела мальчишку на произвол судьбы бросать.
– Сашенька, а мне кто будет помогать? Или тебе всё равно? На кого ж ты меня оставить хочешь? Я ведь уже совсем старенькая.
– Баба, ты же знаешь, что я тебя люблю и хочу, чтобы немцы к нам в деревню не приходили, и чтобы фашисты проклятые не обижали больше наших, деревенских.
Сашка обнял бабушку, и они пошли пить морковный чай с лепешкой из прессованного жмыха. Но он всё равно хотел на фронт. Сашке часто снились сны. Он ехал на танке, кричал «Айда!» и давал залповый огонь по лагерю врага. Но это были лишь сны. Сны мальчишки, детство которого забрала война.
Жизнь в деревне никогда не была лёгкой, а тем более во время войны. И детям, и старикам приходилось много трудиться, чтобы в доме было тепло, и чтобы была хотя бы какая-то еда, хотя едой это назвать сложно. Капуста и морковь начали подгнивать, зима в этом году выдалась сырая, в подполе вода. Крупа тоже отсырела. А весь скот немцы угнали к себе в лагеря, чтобы кормить «великую» немецкую армию, которая трудится во имя «фюрера». О, фюрер, Гитлер… Это имя вызывало ненависть не только у каждого жителя Петряевки, но и у каждого человека, к которому своей холодной рукой прикоснулась война.
Как-то раз бабушка занемогла, а в доме было холодно, русская печь смотрела своими черными пустыми «глазницами» в глубь комнаты и просила дров. Было поздно, часов девять вечера. В мирное время в такой час деревня уже засыпает тихим сном, чтобы с первыми лучами солнца продолжить работу. Сейчас тоже было тихо, но это была другая тишина. Густая. В ней слышались стоны умирающих, вздохи голодающих, крики страдающих на фронте.
Сашка надел ушанку, старый тулупчик, обвязался бабушкиным платком и, скрипнув дверью, пошёл в лес. Долго он ходил, много набрал дров, но бестолковые они были, эти дрова – сырые. Такие не горят, а лишь пускают едкий дым. Вздохнул мальчик, но делать нечего, надо было возвращаться. Оглянулся Сашка, а деревни уже не видать, вокруг лишь сосны да ели, места незнакомые, да и тропинка уже не проглядывает между деревьями. Страшно стало мальчику: «Что же бабушка будет делать, если немцы к ней придут, а меня нет?» Делать было нечего. Степановна давно объяснила мальчику, что если он ночью заплутает в лесу, то затемно дорогу искать нельзя, запутаешься еще больше. Сашка сломал несколько еловых веток, похожих на лапы лешего, нашел место, где было поменьше снега и стал устраиваться на ночлег. Мальчик наклонился к земле, и из кармана выпала маленькая, но до боли знакомая коробочка. «Спички! Спасибо, бабушка!»- промелькнуло в голове у мальчика. Он нашел немного хвороста, сложил его и поднес спичку: «Пресвятая Богородица, помоги мне не замерзнуть, пожалуйста, бабушка дома одна, болеет»,- с такими мыслями он задремал около маленького костерка.
Проснувшись, Сашка побрёл искать дорогу домой, нашёл тропинку, которая привела его в деревню, но, как оказалось, не в свою. Сашка к тому времени так сильно замёрз и проголодался, что решил идти в незнакомую деревню. Как только он вошёл в деревню, услышал другой язык, грубый, как неотесанное дерево. Навстречу к нему вышел солдат в форме с черными крестами. Бежать было некуда, Сашка на мгновение замер, а потом шагнул ему навстречу.
– Wer bist du? und von wo? (Ты кто такой? И откуда?)
Мальчик понял вопросы, так как бабушка учила его немецкому языку, задолго до войны она преподавала его в школе и не думала, что это будет язык врага.
– Hallo, mein name ist Alexander und ich bin 7 Jahre alt! (Здравствуйте, меня зовут Александр, мне 7 лет!)
Сашка сказал это настолько серьёзно, что «большой» дядя улыбнулся и сказал:
– Alexander! Guter Name, und ich Wöhler, hast du wahrscheinlich Hunger? (Александр?! Хорошее имя, а меня Вёлер, ты наверно проголодался?)
– Sehr (Не очень), – слукавил Сашка.
– Lass, uns dich füttern. (Пойдём, я тебя накормлю)
Мальчик согласился и пошёл с ним. По пути он всё расспрашивал немца, где находится, строил из себя несмышлёного маленького ребёнка, которому всё было любопытно, а на самом деле в голове Сашки созрел план: он хотел узнать как можно больше и потом пойти к своим.
Вёлер привёл его в небольшой дом на окраине деревни. Там он отправил его на кухню, где была старушка, которая накормила его. В соседней комнате, как понял Сашка, немцы обсуждали какой-то план нападения. Он решил переждать несколько дней, а потом бежать, чтобы успеть предупредить своих о готовящемся нападении. Такой план был в голове у мальчишки. На удивление, мальчика не трогали, но кто знает, какой план зреет в голове у врага. Через два дня Сашка сказал Вёлеру, что пойдет наберет хворосту, на растопку. А Вёлер, может быть, проникся доверием к мальчику, может, не видел в нем угрозы, но все же отпустил после недолгих колебаний. «Юго-запад, юго-запад, – мелькало в голове у Сашки, – там свои».
Сашка две ночи бродил по лесу, пока наутро не почувствовал, как кто-то трясет его за плечо.
– Живой?
– Живой, пить…
А дальше как в тумане. Жар. Сашка мечется среди белых подушек, а кто-то кладет ему холодный компресс на лоб.
– Немцы! Там, в деревне… Они нападут на нас, у них план.
– Тихо, спи, я все знаю, – отвечал ему голос.
Так прошло еще несколько дней. Сашка очнулся в доме. Рядом с ним на табурете сидел мужчина средних лет. На нем была советская форма, а большая ладонь подпирала небритую щеку.
– Вы кто? Где я?
– Меня зовут дядя Миша, наш батальон базируется здесь, недалеко от деревни Петряевки. А ты кто? Я нашел тебя под деревом в лесу пять дней назад.
– Я Сашка, у меня бабушка болеет, она в Петряевке, а сам я пошел за хворостом и заблудился, а потом меня Вёлер в плен взял. Я там был несколько дней, они нападут на вас, у них план!
– Что еще ты знаешь?
Тогда Сашка рассказал всё, что слышал и видел у немцев.
– И ты не струсил в тылу у врага?
– Нет, мне совсем не было страшно. Они меня не обидели.
– Молодец! Саша, ты можешь вспомнить, где у немцев лагерь?
– Да, могу, наверное. Вы только бабушке моей отправьте письмо, а то она переживает, а ей нельзя, старенькая уже.
Бабушке он написал письмо, чтобы она не волновалась, сказал, что у него всё хорошо и что он помогаем на фронте. Что он был в тылу у немца и что он просидел в овраге 4 часа, бабушке решил не говорить. Сказал еще, что скоро придет в Петряевку с помощью. Кто знает, получила ли Людмила Степановна это письмо.
Мальчик оправился и сказал дяде Мише, что готов показать укрытие врага. Боевой отряд был готов к операции. Сашка чувствовал себя очень важным и нужным. Через сутки они были рядом с немецким лагерем, откуда бежал мальчик.
– Дядя Миша, ты слышишь?
– Да, Саша, слышу, быстро в укрытие!
– Нет, я буду тут, с отрядом!
– Это приказ!
Сашка прыгнул в овраг и зарылся в гнилые листья. Немцы приближались. Слышался лязг гусениц танка.
«Танк, у них танк!» – мысленно закричал Сашка, «Танк одним залпом разобьет наш отряд!». Мальчик выскочил из своего укрытия, подбежал к дяде Мише сзади и сорвал гранату у него с пояса. Саша знал, как бросать гранату. Он видел, как это делали взрослые. В мгновение ока чека валялась где-то в придорожных кустах. Время остановилось, танк все ближе и ближе. «Господи Боже сил, Боже спасения нашего, Боже, творяй чудеса един, помоги мне»… Сашка занес руку, он вложил туда всю боль, всю ненависть, которая скопилась в нем. «Получай!», – крикнул Сашка из Петряевки и бросил гранату в ходовую часть железной машины. Раздался взрыв. Мальчик провалился в кромешную тьму…
Солдат Михаил Пронин сидел в штабе, докладывая ситуацию начальству. Двое взрослых мужчин курили самокрутки, а из глаз катились суровые слезы войны, которая не щадила никого, разрушала судьбы, оставляла детей сиротами, заставляла их рано взрослеть. Во время войны дети, не осознавая, повторяли подвиги родителей. В 1941 отец Сашки так же бросился под вражеский танк и… погиб. Но к счастью, и на войне случались чудеса. Так и произошло с нашим героем. Наверное, во многом благодаря силе детской молитвы…
От автора
Война не только сплотила, но и закалила русский народ. Каков же портрет настоящего воина-героя? Каждый советский солдат, даже самый маленький, глядя в глаза смертельной опасности, сумел проявить воинскую доблесть и героизм, тем самым заслужив слова благодарности от будущих поколений. Помните и не забывайте!
Белокриницкая Дарья, 16 лет, ученица 11 класса “Доброй школы на Сольбе”